Генри и Джун (США, Франция - 1990г.)

Режиссер Филип Кауфман Сценарий Филип Кауфман, Роуз Кауфман по Анаис Нин В ролях Фред Уорд, Ума Турман, Мария ди Медейруш, Ричард Э. Грант, Кевин Спейси, Жан-Филипп Экоффе, Брюс Майерс, Хуан Луис Бунюэль, Федор Аткин, Сильви Югель Истосковавшаяся по сильным, чувственным ощущениям, очаровательная писательница Анаис Нин проводит дни за подробным изложением своих эротических переживаний в личном дневнике. Ее существование не приносит никакого удовольствия: жизнь тосклива и приторна, словно сироп. Свободного времени у нее хватает на десятерых; порядочный, но скучный муж надоел до безумия, и, казалось бы, ничто уже не сможет вырвать Анаис из пресного бытия. Но именно в этот момент появляется удивительная пара: странный, вульгарного вида, тип по имени Генри Миллер и его таинственная красавица-жена Джун... Вслед за экранизацией романа Милана Кундеры «Невыносимая легкость бытия» довольно близкий родственник Дзиги Вертова американский режиссер и сценарист Фил Кауфман без раскачки приступил к осуществлению этого, не менее амбициозного проекта. В нём он предпринял попытку перенести на экран дневники (1931-1934) скандально известной литераторши Анаис Нин, без тени смущения рассказавшей в мемуарах о совместной жизни с автором нашумевшего «Тропика рака». Кауфман, написавший (вместе со своей женой Роуз) сценарий по скандальной книге, сумел сохранить творческую энергию первоисточника и передать демоническое обаяние Парижа. В итоге получилось хорошо декорированная декаданская драма о писателе Генри Миллере, его жене и их общей любовнице. Фильм Кауфмана можно охарактеризовать как попытку отдать должное той беззаботной интеллигенции, что находила время для развития своего творческого потенциала, оставаясь в стороне от ужасающих перипетий военных конфликтов и прочей неблагоприятной мирской суеты. Поводов для столь благородного дела насчитывалось предостаточно: эти необузданные смельчаки раскрепостили литературу, сформировали оригинальное направление и, как бы высокопарно это ни прозвучало, положили начало революции в искусстве. И всё на фоне всеобщего хаоса и разрухи.